?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Berezovsky
В рамках моего раздела ЖЗЛ - жизнь замечательных людей, я публикую воспоминание друга Бориса Березовского о нем.
Это не выверенные и выхолощенные мемуары, не злобное охаивание - это личные вопспоминание о нем, причем в те годы, когда к его имени не приписывали слово "олигарх".
Рассказывает о нем Лев Кемпнер. Он работал с Березовским с 1976 по 1990 г. до отъезда в Израиль.
Материалы ранее нигде, кроме его личного блога не публиковались. Лев окончил МИИТ, по образованию инженер-математик.

Он попросил меня опубликовать материалы, что я с удовольствием и делаю.

В 1975 году, я, будучи на последнем курсе МИИТа, попал на написание диплома в Институт Проблем Управления (в дальнейшем - ИПУ или, по старому, ИАТ). Спасибо за это должен скзать А.А.Бельскому, отвечавшему  за дипломников Прикладной математики. Мне было велено явиться в кабинет заведующего лабораторией Эдуарда Анатольевича Трахтенгерца, что я и сделал. Э.А. был в кабинете не один, рядом с ним молча сидел (можете себе сегодня такое представить?) чернявый молодой человек очень еврейской наружности. Э.А. принялся выяснять у меня на что, собственно, я способен. Рассказывать о себе мне много было не о чем, На нашей Прикладной математике программированием нас особенно не баловали, и сам я к нему особой любви не питал. Я с трудом выжимал из себя названия разных классических книг по теории программирования, пытаясь делать вид что я их читал, а Э.А. смотрел на меня насмешливым взглядом, прекрасно, видимо, понимая какой из меня специалист по ЭВМ, наконец он прервал свои вопросы и произнес: - "Хорошо. Все ясно. Будете заниматься с Борисом многокритериальной оптимизацией."  Чувство от этих непонятных слов, вкупе с насмешливым взглядом, было такое, как будто мне заявили что мое место у параши. Человек по имени Борис подсел ко мне и начал говорить. Говорил он с блеском в глазах и рисуя что-то на бумаге... Каша у меня в голове после беседы с Трахом была полная, помню что он говорил что-то про покупку машины и про то, как много критериев при этом приходится учитывать. Когда потом в МИИТе А.А.Бельский поинтересовался о том какие задачи я буду решать в моем дипломе, я что-то долго объяснял, размахивал руками, после чего Бельский дипломатично сказал: - "Вам, видимо, это еще надо переварить."

Вот такое было начало. Борис тогда только-только защитил кандидатскую диссертацию, еще даже не утвержденную ВАКом. Состоял в звании научного (еще даже не старшего) сотрудника в лаборатории №46 Трахтенгерца. Группы у него еще никакой не было.

Ну а потом...

После окончания института в ИПУ меня, естественно, никто распределять не собирался, и в результате я оказался, по блату, разумеется, в ЦИАМе - "ящике", граничевшем с Лефортовской тюрьмой. Рассказывали, что как-то раз из тюрьмы сбежал заключенный, перелез через стену и оказался на территории ЦИАМа. Откуда уже сбежать не удалось. Возможно что и анекдот, но жизненный. Ибо, однажды нечто похожее  и мне довелось испытать. Мне нужно было что-то срочно передать Борису, ради чего он подъехал к моей работе. Взяло у него некоторое время найти помещение в котором работникам ЦИАМа дозволялось контактировать с внешним миром под бдительным оком охраны. "Я думал, ты меня встретишь на улице," - недовольно процедил Березовский, забирая у меня документы. "Боря, ты еще не понял где я работаю?" - спросил я и, провожая его, машинально сделал шаг к двери. "КУДА?!" - тут же раздался окрик за спиной... Я моментально остановился, возможно предотвратив тем самым предупредительный выстрел в воздух. Березовский понимающе улыбнулся и вышел. Возможно, что этот эпизод дал Борису в дальнейшем дополнительные силы убедить В.А.Трапезникова, директора ИПУ в том, что попасть туда для меня действительно - вопрос жизни и смерти...

Так вот там я и оказался на долгие три года, и все это время мы работали с Борисом вдвоем, сдерживая натиск конкурентов и происки недругов. Под работой подразумеваю совместное написание статей и докладов на конференции.  Но вот однажды Борис сообщил, что у него появился некий студент с мехмата, но "странный какой-то, молчаливый и как-то медленно в дело врубается..."  Через несколько дней совершенно сияющий Борис сунул мне под нос  листочек, на котором молчаливым студентом лаконично была изложена аксиоматика многокритериального выбора, которая стала базисом для нашей дальнейшей работы. (Слова какие-то штампованные получаются у меня ("базис", "изложена"...), но - уж чем богаты.  Студентом этим оказался Володя Борзенко, который стал третьим в нашей маленькой группе и вдохновленный Березовский объявил что мы созрели для написания собственной книги. К тому моменту мне удалось вырваться из ЦИАМа в МИИТовскую аспирантуру. Но расслабиться особо мне не удалось. С утра я приходил к Борису, усаживался в его кабинете, откуда не выходил до вечера, занимаясь написанием нашей книги. Часто оставался один, иногда приходилось отвечать на телефонные звонки. Однажды хозяева предупредили, что мне придется забрать из детского сада Катю. Опыта по забиранию детей из детсадов у меня тогда не было, но попросили же... В назначенное время я явился в сад, открыл дверь в нужную комнату, Катя, также предупрежденная заранее, с очень гордым видом вышла в прихожую, оделась под завистливые взгляды других детей и мы с ней вернулись домой. Через какое-то время вернулись и Борис с Ниной. Обнаружив нас с Катей дома, весьма удивились - "Как тебе ее удалось забрать?" - Пришел, забрал - не понял я, - вы же сами просили.. - "Да, но мы забыли предупредить воспитательницу, а без этого они не имели права отдавать ребенка  не то что постороннему человеку а даже родной бабушке". Объяснил, что я так и не встретил никого из детсадовского персонала.

В общем, большая часть моей жизни в тот период проходила в доме Березовских на углу Ломоносовского и Ленинского проспектов, до сих пор помню вкусные завтраки-обеды-ужины, которыми кормила нас Нина.  Хотя в этом отношении мне конечно далеко до Володи Борзенко, временами натурально жившего там. Прочитайте его короткое, но очень теплое эссе-воспоминание о Борисе : http://bg.ru/society/on_byl_edinstvennyj_nastojaschij_oligarh-17545.

Мне всегда доставляло огромное удовольствие слушать Березовского. О чем бы он не рассказывал, он это делал с таким воодушевлением, с таким огнем в глазах... Независимо, рассказывал ли он о своей поездке в Америку, о новом авторе из  "Нового мира" или о том как он получал жалобную книгу в овощном магазине.  Помню такой случай. Как-то Борис сообщил нам, что он имел разговор с один его знакомым (назовем его - P.) по поводу советской экономики, анализ который тот сделал настолько ему понравился, что он хочет чтобы P. выступил и перед нами. "Он вам расскажет о том то, о том то и о том то" - сказал Борис. P. действительно сделал интересную лекцию минут на сорок, но оказалось, что почти ничего нового к тому что умудрился  Борис  сказать за какую-то в  пару минут, он не добавил.

Вообще, Березовский умел предельно точно и кратко сформулировать мысль. Когда он вернулся из своей первой командировки в США, все, естественно собрались выслушать его впечатления. Помню несколько из них...

- В Америке есть все, до чего может додуматься человеческий разум.

- Если ты в Америке просишь человека сделать тебе одолжение, это значит просто, что ты просишь у него денег. Если, например, ты прибежал в магазин через минуту после закрытия и умоляешь продавца отпустить тебе пакет молока, то это значит, что ты не готов пройти двести метров до другого магазина открытого всю ночь и заплатить за то же молоко на несколько центов больше...

- Они не понимают нашей действительности и никогда не поймут. Они приглашают меня приехать к ним еще раз. Я дипломатично отвечаю, что сам я с удовольствем, но это, к сожалению, не от меня зависит. - Да, мы понимаем, говорят они, что не вы решаете, но скажите - кто? Мы с ним свяжемся, на любом уровне и получим разрешение. И то, что этот самый "кто" зовется "социалистическая система" - выше их понимания.


- Нас здесь всегда удивляло почему курсы валют и акций указываются с такой точностью - до сотых и тысячных. Дело в том, что для богатых людей, у которых счет идет на миллионы, эти тысячные имеют значение. Нам отсюда это, конечно, трудно понять.

(Про последнее - несколько спорно, ибо почти что сразу по приезде в Израиль понял, что не надо быть особо богатым человеком чтобы волноваться за сотые или тысячные долларового курса. Достаточно просто взять машканту на квартиру (или, по русски, ипотечную ссуду).

Если продолжить про способность"кратко сформулировать", то чисто ассоциативно вспомнилось такое. Мы с Березовским занимались  не только теоретическими вопросами выбора, но и практическими. Борис был председателем агитационного коллектива, а я - его заместителем. Такая была у нас с ним общественная работа. Если кто запамятовал, то коллективу агитаторов вменялось в обязанность обеспечить стопроцентную явку на выборы жителей подведомственного участка. К счастью, начальственные должности председателя и его зама освобождали нас от личного  скакания по подъездам для сверки избирательных списков, но вот участвовать в разных там встречах избирателей с кандидатами в депутатами и депутатов с кандидатами в избиратели приходилось. На одной такой встрече, на  трибуну поднялась молоденькая девица-плиточница - лимитчица и с большим воодушевлением говорила о том как она счастлива оказанной ей чести.  Когда она дошла до места "и хотя у меня нет опыта, я сделаю все возможное, чтобы оправдать доверие избирателей", мирно дремавший доселе Березовский совершенно невинно спросил: "А что например?" Девица тут же умолкла, как будто ей вырвали язык, молчала чуть ли не целую минуту, после чего ушла с трибуны.

Другой случай умения "задать вопрос". В Институте выступал  А.Е.Бовин,  имевший в то время дозволение говорить чуть больше официально разрешенного. (Собственно, Борис и устроил его выступление, кто ж кроме?) Бовин говорил довольно интересно, потом начал отвечать на записки из зала. Одна из них содержала вопрос - "Были ли ошибки в международной политике Советского Союза?" Тут мне показалось, что Бовин впервые слегка занервничал. - "Были, конечно, были. - сказал он, - у кого же их не бывает.." У меня создалось впечатление, что он на ходу придумывает ответ. "Вот, например, когда Китай и США решили установить дип. отношения, Советский Союз пытался этому помешать, но это не удалось и в результате оказались в не очень удобном положении..." "В общем, ушел от ответа", - резюмировал Березовский потом, с некоторым даже уважением. Записку отослал естественно он.

Еще пара запомнившихся мне Бориных высказываний, сделанных  в спальном вагоне Москва - Тольятти по дороге на Волжский Автомобильный Завод:

- Если в Союзе что-нибудь изменится, хотя это и маловероятно, я наверное займусь бизнесом. Чувствую, что есть у меня к этому способности.

- Люди живущие по принципу "ты - мне, я - тебе", живут неправильно.


По поводу последнего. Это было его принципом жизни. Уже писали о феноменальном Борином умении ладить с людьми. О том, что знакомясь с новым человеком, он в первую очередь думал чем он сам может быть полезен тому, и только потом - в обратную сторону (ты - мне). Это - правда, но не точно. Потому что первая часть (я - тебе) в Бориных отношениях с людьми присутствовала неизменно и независимо от того, насколько полезным, бесполезным или даже вредным этот новый человек мог оказаться.

Боря поддерживал хорошие даже с институтской ВОХРой. Как-то раз он попросил нас: - "Ребята, когда вы подделываете мою подпись на пропуске для выхода из института, пожалуйста, постарайтесь далеко не отходить от оригинала. А то мне тут охрана продемонстрировала ворох пропусков и подпись на каждом - совершенно неповторима." (То есть охрана не подняла шум на весь институт, а тихо поговорила с Борисом)

Никогда не видел, чтобы Борис вступал с кем то в конфронтацию, в том числе и со своими ненавистниками. Запомнил один эпизод на Бориной защите докторской диссертации, вернее сразу после нее. Сама защита проходила тихо, мирно и вяло. Положительные отзывы, положительные выступления, речь Трапезникова в Борину поддержку... Но результат голосования - как разорвавшаяся бомба. "14 - за, 1 -воздержался, 4 - против." - объявил председатель счетной комиссии и несколько растерянно добавил - "Вроде бы прошел..." Прошел буквально на грани. Но фактически четыре черных шара означали провал. Возможно что это и спасло. Борис потом говорил, что его враги расслабились, решив что дело сделано - отправлять в ВАК работы с таким скандальным результатом голосования было не принято. Но Трапезников принял решение и диссертация ушла в ВАК. Что происходило с ней после, это отдельный разговор, но эпизод, о котором я все собираюсь рассказать, произошел по окончании защиты. Я видел как один из членов Совета с сияющим лицом поскочил к Березовскому и долго жал ему руку, приговаривая: "Поздравляю вас, Борис Абрамович, поздравляю!" "Спасибо, спасибо большое!" - проникновенно отвечал Березовский. "Боря," - спросил я после, - "он что, идиот? Не понимает, что тут плакать впору, а не радоваться? "Это ты не понимаешь," - ответил Борис, "Он тому то и радуется, а один из черных шаров он сам  и опустил"...

Про защиту мы еще поговорим ниже, а сейчас о другом Борином качестве, не менее феноменальном - умении видеть вперед. Ведь как появился на свет Жигулевский роман? Кто-то в институте подписал с людьми из Автоваза некий, мало к чему обязывающий договор, каких, наверняка, были десятки. Не понимая, что под  скромной угольной шахтой скрывается необъятный золотой прииск. А Борис это понял. Понял что "статьи и диссертрации в обмен на автомобили и запчасти" - это принцип, который в условиях социалистического реализма будет жить вечно.  Так оно и было - принцип плодотворно работал  все годы застоя вплоть до первых ветров перестройки, когда "Авто-" было заменено на "Logo-", а поток Жигулей сменился потоком Фиатов...

Кое что из личного опыта относительно претворения в жизнь вышеуказанного принципа. В ИПУ защищался N., один из руководителей Автоваза. Березовский в это время был за границей и поручил мне "довести" его до защиты. По правилам игры проблем с защитой быть было не должно. И действительно, и отзывы, и все выступления были весьма положительными. Несколько особняком, однако, стало выступление одного из членов Совета, который сказал, что диссертация не совсем (не совсем!) по теме специализации совета, что, видимо, это была ошибка рассматривать ее на этом совете, но в этом - вина его самого, и потому, честно признался он, при голосовании он воздержится. Когда вернулся Борис, я пересказал ему все что произошло, особо отметив этот эпизод. "Вот, паршивец," - беззлобно ругнулся он. "Почему? - удивился я, - По моему, поступил честно и принципиально" - Если ты такой честный и принципиальный, то и Жигули покупай в общем порядке, а не через Автоваз" - ответил Березовский. Посмотреть на кодекс чести с этой стороны я не догадался.

В продолжение личного моего опыта...  За мое участие в подготовке диссертации золотая автовазовская рыбка готова была выполнить мое любое, даже самое невыполнимое, желание.  Простиралось желание мое аж до четырех жигулевских автомобильных покрышек. За какое то время до этого с нашей машины сняли все четыре колеса, а приобретенные по блату (!) покрышки приказали  долго жить уже через год. N. выслушал мою просьбу и принял ее к сведению. Прошло около недели - полное молчание... Неужели забыл?! Я набрался наглости и позвонил ему. "Конечно же я не забыл," - сказал N., - "но ведь ты хочешь ХОРОШИЕ покрышки? Так что придется подождать" Я был несколько в шоке. Во всей Москве в тот момент не было нормальных автомобильных покрышек!

Кроме автомобилей и запчастей к ним, Березовский через Тольятти снабжал весь институт справками о внедрениях для наших собственных диссертаций. Если, опять же, кто не в курсе, такова была советская действительность - к любой диссертации (за исключением физ-мат наук ) обязана была прилагаться цифра с несколькими нулями в конце - достигнутый с ее помощью экономический эффект.

Стоит упомянуть, как меня взяли на работу в ИПУ. Хотя и так понятно, что в этом целиком и полностью заслуга Березовского.  Все три года моей МИИТовской аспирануры Борис готовил для этого почву. Это было время, когда евреев не брали в ИПУ ни под каким видом и для того чтобы убедить директора ИПУ В.А.Трапезникова сделать для меня исключение, нужно было быть Борисом Березовским. И Боря сделал это. Правда, потребовалась к этому еще и гарантия данная на весьма высоком уровне и прозвучавшая так: "Я гарантирую, что он не уедет в Израиль будучи работником института"...

Прошло восемь лет и я таки собрался в Израиль.  Времена на дворе уже настали новые и вихри мели  перестроечные, и уже без всякого скандала уезжали из института люди, и В.А.Трапезников уже ушел на пенсию... Но Боря сказал: - Мы же обещали Трапу, что не уедешь, так что давай сдержим слово. Переходи в Логоваз, и отттуда подавай заявление.

Так и сделали. В Логовазе я временами что-то делал для Миши Гафта... который тоже, к сожалению, уже не с нами...

К тому времени, когда я оказался в ИПУ, группа Березовского несколько расширилась, потом она превратилось в сектор, и, наконец!, - в отдельную лабораторию.  Термин "мальчики Березовского" прочно вошел в ИАТовский лексикон и довольно часто произносился в кулуарных беседах, иногда с завистью.

Чем занимались мы в группе Березовского?  Борис старался обеспчить нам микроклимат по формуле - с каждого по способностям, каждому - по потребностям. Способности у каждого были разные и все шли в дело. Кто-то писал статьи по математике, кто-то - по кибирнетике, кто-то занимался наукой, кто-то - теорией выбора, кто-то - философией принятия решений... Но над всем этим витал дух Диалоговой Автоматизированной Системы Многокритериального Проектирования (в простонародье - ДАМП), которую, по официальным данным и разрабатывала Борина группа.

Решил вот привести выдержки из моей, можно сказать, поэмы, написанной в честь защиты Бориса в мае 1983 года (тридцать лет тому назад!).  Все таки эта графоманщина дает некоторое представление об атмосфере тех лет и о самом Березовском  Добавил комментарии кое-где.

Воле Г-сподней послушно внимая,
    Создал ты сектор и  живет,
    Что-то тихонько себе выбирает,
    А иногда под гитару поет...

No comments.

Ах, почему наша жизнь повсеместно
    Это не жизнь, а сплошная борьба?
    Не оставляйте стараний маэстро,
    Не убирайте ладони со лба...

Действительно, была у него такая манера - виски сжимать во время раздумий.  Поэтому, наверное, и сасоциировалось с "Моцартом". А вместо слова "борьба", как показали более поздние события, уместнее было оставить оригинальную "пальбу"

Как-нибудь в Нобелевском комитете
    Произнесешь ты такие слова:
    - Я отдаю эту премию детям,
    - - -


В последней строчке рифма у меня как то не сложилась, так что придется пояснять прозой. Речь, естественно, идет о его детях - двух дочках, которых он очень любил, а не о  голодающих Поволжья. Борис как-то сказал: "В этой стране невозможно передать своим детям то, чего ты сумел достичь. Ибо капитал твой здесь - это не деньги, а твои знакомства, люди тебя окружающие, твое положение... Такое не передается, это приходится каждый раз строить с нуля...

Произойдут перемены в ИАТе,
    Но неизменны пребудут всегда
    Чудные командировки в Тольятти,
    Рыжий портфель, телефон, суета...

Все точно. И портфель рыжий был, и  телефон звонящий постоянно... И перемены в ИАТе произошли...

Если вернуться к вышеозначенной автоматизированной системе, то предназначалась ей, как я считал, роль вывески над нашей группой для запудривания мозгов институтскому начальству.  Но оказалось, что я весьма не дальновиден. В один прекрасный день Березовский сообщил мне, что нашу систему придет инспектировать лично Вадим Александрович Трапезников и потому я в полной боевой готовности должен дежурить в вычислительном центре. К приходу В.А. все было готово и я начал демонстрацию системы, выбиравшей с помощью Лица Принимающего Решения (в простонародье - ЛПР) наиболее подходящую ему марку автомобиля. В какой то момент Трапезников остановил меня и спросил: - "Сколько времени занимает весь процесс принятия системой решения?" - "Минуты три", - ответил я, " Диалог, выбор коэффициентов... берет время." "Не пойдет," сказал В.А. - "Много. На следующей неделе приезжает зам.министра, будет смотреть систему. Надо сделать за 20 секунд." "Так," подумал я, "это кто же тут кого накалывает?"

Теперь еще несколько слов о Бориной защите. Снова (лиха беда начало) приведу собственные вирши тех времен. Борис выглядел совершенно уставшим перед защитой...

- Я страшно устал, расшаталися  нервы мои,
    Чего же мне делать, скажите мне, будьте добры,
    - Ступай до реки, моя радость, до Волги-реки,
     Авось добредешь, моя радость,  врагам вопреки.


- Смогу ль там внедренья найти, их ищу битый год,
    А вдруг  не найду?! Что прикажешь мне делать тогда?
    - Езжай на завод, моя радость, на Воложский Завод,
    Езжай на Завод, моя радость, найдешь без труда.

. . .
Все приводить - читателя не жалеть. Но без самого последнего куплета, который пришлось дописать уже после защиты, нам не обойтись:

А чем же закончится все, посмотри мне в глаза,
    Скажи мне какое решение примет Совет?
    Четырнадцать - за, моя радость, четырнадцать - за,
    А дальше, голуба - как чёрный решит оппонент...


  Черный оппонент решил вопрос положительно. Но сил на все это было положено немало. По видимой части айсберга можно было только догадываться о той невидимой борьбе, которую пришлось вести Березовскому.  Одна из проблем, например, состояла в том что черный оппонент грешил научными изысканиями. В частности, он доказал Великую Теорему Ферма. И прежде, чем подавать в Нобелевский комитет, решил приватно посоветоваться со специалистами. Проблема требовала творческого подхода. Сразу заявить человеку, то что принято было заявлять доморощенным ученым, доказавшим теорему Ферма или изобретателям вечного двигателя, в данном случае было бы неправильно. Поэтому выглядело это так: черный оппонент присылал к Институту черную "Волгу" (хотя иногда - белую) которая увозила "одного из мальчиков Березовского", в обязанность которого входило найти очередную неточность (Б-же упаси - ошибку!) в приведенном доказательстве. В результате этой гибкой политики все остались довольны: Березовский был утвержден, Черный оппонент вволю пообщался с умным человеком, а сама Великая Теорема Ферма простояла недоказанной еще более десяти лет.

Как завершающий аккорд диссертационной эпопеи - такой эпизод. Уже после утверждения ВАКом. Телефонный звонок в нашей комнате. Березовский поднимает трубку, какое-то время усиленно пытается вникнуть в слова говорящего, потом вдруг рассыпается благодарностями, как будто ему пообещали миллион. Потом объяснил. Оказывается, звонил какой-то чиновник из ВАКа и сообщил, что он закончил регистрацию (или что-то типа) Бориной диссертации и передает ее в другой отдел для дальнейшего рассмотрения, о ходе которого его поставят в известность в установленный срок. То есть, там остался какой-то экземпляр диссертации, который (уже после утверждения!) неторопливо  продолжал движение по ВАКовскому бюрократическому лабиринту...


============

Последний год мы виделись не так уж часто,  последний раз -  в Логовазе, куда я пришел попрощаться уже перед самым отъездом.  Вид у него был жутко усталый.

=============


Таким он для меня навсегда и останется...

Прочитал сейчас, что в конце марта он собирался приехать в Израиль и не успел. Не знаю правда или нет, но еще более горько стало...

===========

Другие о Борисе...

Володя Борзенко, как я уже сказал, повторю линк:  http://bg.ru/society/on_byl_edinstvennyj_nastojaschij_oligarh-17545

И еще -   http://xaxam.livejournal.com/533047.html
и http://xaxam.livejournal.com/533514.html,

авторы пока что предпочли остаться неизвестными.

=============

Необходимое послесловие. Я отдаю себе отчет, что не каждый готов говорить о Борисе в таком ключе. Но я отношусь к тому что написал здесь, как к словам у могилы покойного со всеми последствиями отсюда вытекающими. Поэтому любая ругань должна была исключена. Позволяю говорить либо хорошо, либо ничего. Как, собственно, и следует говорить о покойном.

Источник

P.S. Книга, выпущенная в соавторстве автором воспоминаний, Березовским и упомянутым в рассказе третьим членом их команды - Борзенко

Tags:

Posts from This Journal by “ЖЗЛ” Tag

promo grimnir74 march 1, 2013 07:50 76
Buy for 100 tokens
Разместите рекламу в Промо моего блога - и о вашей записи узнают сотни и тысячи людей, ежедневно просматривающих мои посты. И не забывайте смотреть, кто разместил и что предлагает нашему вниманию Запрещается размешать статьи, имеющие в заголовке и первой строке нецензурную и…

Comments

abs8192
May. 29th, 2016 01:45 pm (UTC)
Именно многокритериальная оптимизация Березовского и подвела. Он выбрал Путина.

И вообще это тот самый случай, когда ошибка УМНОГО человека оказывается дороже ошибки полного дурака. Больше ум - больше риск - больше ошибки.

Edited at 2016-05-29 02:11 pm (UTC)
judit_tatyana
May. 29th, 2016 04:23 pm (UTC)
Он в своей жизни сделал две фатальные ошибки и неизвестно какая страшней: посадил путина на трон и выкрестился
bmiarr
Mar. 21st, 2017 02:39 pm (UTC)
Борис Березовский
Снова очень интересно..Спс Леша Железнов Авни!!Жду с нетерпением всегда..твои ...ссылки...и все новое,и, интеесное и занимательное.С ув..Борис Хпарьков
ext_3334607
Mar. 21st, 2017 11:13 pm (UTC)
Фраза на самом деле звучит так: "о покойном либо хорошо, либо ничего кроме правды".
shimon5
Jan. 20th, 2018 03:24 pm (UTC)
В общем это кино все уже видели. Прохиндиада называется. Только неясно - первая или вторая серии.

Profile

я я
grimnir74
Алексей С. Железнов

Latest Month

September 2019
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     

ТУТ МЕСТО ДЛЯ РЕКЛАМЫ

4506266_original

Яндекс цитирования

Flag Counter



Поиск по блогу
Яндекс



Locations of Site Visitors

Мой Инстаграм

Instagram


рейтинг блогов
рейтинг блогов

Алексей С. Железнов

Создайте свою визитку






Яндекс.Метрика









Маил.ру


Рейтинг@Mail.ru




Рейтинг@Mail.ru


Powered by LiveJournal.com